Отключение…совести

16.02.2006 08:28

Задолженность по коммунальным платежам — в последние годы одна из самых актуальных тем в СМИ. Работники жилищно-коммунальных служб, зарплата которых напрямую зависит от динамики задолженности, изыскивают мыслимые и немыслимые способы взимания недоимок. Об одном таком способе, найденном в Октябрьском районе Витебска, и пойдет речь. Я для себя окрестил его просто: “за счет несовершеннолетних”. 30 ноября 2005 года в суд Октябрьского района за подписью управляющей районным ЖРЭТом Л.А.Геско было направлено исковое заявление о взыскании коммунальной задолженности с проживающих в государственной двухкомнатной квартире дома №5 корп.3 по улице Лазо. Судя по иску, юридическая грамотность руководителя ЖРЭТ, мягко говоря, своеобразная: Людмила Алексеевна Геско потребовала взыскать сумму долга солидарно, с нанимательницы квартиры, ее мужа и сына, хотя последнему на тот момент еще не исполнилось 18 лет. И при этом начальница сослалась на статью 30 Жилищного кодекса, в которой… ясно и понятно записано: солидарную ответственность несут совершеннолетние члены семьи нанимателя. Как тут не удивиться умению наших чиновников читать! В исковом заявлении Л.Геско указано: плата за коммунальные услуги не вносится ответчиками с февраля по октябрь 2005 года включительно. То ли неграмотность подчиненных Людмилы Алексеевны либо это сознательная попытка ввести суд в заблуждение — не знаю. Но квитанции ответчиков об оплате:

— от 30.07.05 г. на 30.020 руб.;

— от 01.10.05 г. на 150.000 руб.;

— от 29.10.05 г. на 76.510 руб.

показывают, что факты, изложенные в заявлении управляющей ЖРЭТ, действительности не соответствуют. Более того, Андреевы частично оплачивали коммунальные услуги и позже (имеется квитанция на 87.400 руб. за 30.12.05 года). В общем, удивительная какая-то история!

Вообще, у меня сложилось такое мнение, что в Витебске, зачисляя платежи и составляя исковые заявления, в законодательные акты Республики Беларусь не заглядывают. Та же Людмила Геско не только подала иск о взыскании с несовершеннолетнего ребенка недоимки за долг родителей, но и не оплатила госпошлину. Сделав в исковом заявлении изящную приписку: “Решением Витебского облисполкома № 133 от 23.06.2005 года наше предприятие освобождено от уплаты госпошлины по делам, связанным с взысканием задолженности с граждан жилищно-коммунальных платежей”. Такого даже в столице нет! В Минске коммунальщики за подачу иска госпошлину все-таки платят.

Да что там закон и постановление правительства о госпошлине! В Витебске и на требования главы государства не обращают внимания. Декретом №10 от 20.10.2004г. четко определено, что поступающая от должников плата вначале идет на погашение основного долга и лишь потом на оплату пени. Но у меня есть квитанции 84-го отделения 200-го филиала АСБ “Беларусбанк”, которые свидетельствуют о прямо противоположном, то есть о прямом игнорировании указания главы государства. Суммы, вносимые Андреевыми, зачисляли не на счет ЖРЭТ как плату за коммунальные платежи, а в областной бюджет как оплату пени.

В коммунальном хозяйстве действует принцип: “Спасение утопающих — дело рук самих утопающих”. И все-таки неспособных удержаться на плаву государство, как известно, обязано спасать субсидиями. Семья Андреевых (двое взрослых и двое детей) относится именно к тем, кто самостоятельно выплыть в “коммунальном море” не в состоянии.

Среднемесячная зарплата 37-летней нанимательницы квартиры в четвертом квартале минувшего года составляла 55.600 рублей. Да и те живыми деньгами она не получала. Согласно представленной в суд справке с места работы (с/х база “Тулово”) расчет заработной платы шел в натуральной форме. Зарплату эту я видел, как говорится, в натуре: картошка, морковка, свекла… Овощи, что ли, в ЖЭС нести?

Среднемесячная зарплата 42-летнего супруга, работающего в той же организации, составила за четвертый квартал 175.500 рублей.

Старший ребенок, тот самый, на которого Людмила Геско подала иск о взыскании задолженности, — учащийся профессионального лицея. Стипендия в этом учебном заведении не положена. Согласно представленной в суд справке, здесь только кормят — в среднем на 37.000 в месяц.

Младший 11-летний ребенок — учится в школе. Дотацию на питание в 2005 году не получал.

Итого, месячный доход семьи из четырех человек (даже без учета натуроплаты) составляет 268 тысяч рублей (125 долларов США). Исходя из установленных нашим государством норм, это — прожиточный минимум на полтора человека.

Тем не менее, согласно представленной в суд справке, подписанной начальником ЖЭУ-14 В.Ильиной, за период, указанный в исковом заявлении, субсидий этой семье по квартплате коммунальщики не начисляли. Начальник отдела социальной защиты администрации Октябрьского района В.Чугунов также засвидетельствовал справкой в суд, что данная семья пособия на ребенка 1993 года рождения не только не получает, но даже не состоит и на учете (по всей видимости, малообеспеченной не считается). Даже за учебники сына-шестиклассника, согласно справке, представленной в суд за подписью директора школы А.П.Ребеко, семье Андреевых пришлось платить в полном объеме — 12.130 рублей.

Я не знаю, какая зарплата у руководителей жилищно-коммунального хозяйства Витебщины, но наверняка не сто долларов. А потому представляю читателю самому подобрать эпитеты к действиям управляющей ЖРЭТом, подавшей в суд иск с ходатайством отобрать у полуголодного 11-летнего ребенка последний кусок хлеба. По всей видимости, чувство сострадания у этой женщины дальше собственных детей не распространяется.

Аналогично, бессердечно попирая законы, действуют и подчиненные управляющей Октябрьским ЖРЭТ Л.Геско. Так, начальник ЖЭУ-14 В.Ильина подкрепила иск вышестоящей руководительницы отключением в квартире Андреевых электричества. Вот коллизия: Андреевы должны ЖРЭТу за коммунальные услуги, а Валентина Николаевна отключила электричество, потребление которого оплачено Андреевыми в полном объеме. Между прочим, убедился я в этом лично: на счетчике цифра 7408, и именно такие показания в квитанции об оплате потребленной электроэнергии от 29 октября 2005 года. Тем не менее почти три месяца семья сидела в темноте. Все это время светилом служила… коптилка из говяжьего жира, потому как свечи для семейного бюджета — вещь неподъемная.

Трудно сказать, сколько бы это длилось, но судьбе было угодно, чтобы к Андреевым постучался автор этих строк. Разобравшись в ситуации и убедившись, что потребленная электроэнергия оплачена в полном объеме, я попросил отвертку и вернул отсоединенные провода на место. Моего образования инженера по эксплуатации энергетических установок для подобной технической операции оказалось более чем достаточно.

* * *

“Ой, а я уже забыл, как свет включать!” — раздалось из комнаты. То был голос подошедшего к телевизору мальчонки. И до глубокой ночи ребенок, сидя у засветившегося экрана, отводил душу.

— Что ж ты делал все эти долгие недели?» — спросил я.

— Слушал радио и спал.

— А какие передачи?

— Вечернюю сказку…

Честно скажу: я порекомендовал отцу Максима, если вдруг вновь придут отключать оплаченное электричество, спустить работников ЖЭУ с пятого этажа. Потому как действия ЖЭУ по отключению не предоставляемой этой структурой услуги (подача электроэнергии) — откровенное беззаконие. На любые действия в жилище гражданина (электрический счетчик, хотя и установлен на площадке, такая же собственность владельца жилища, как и квартирные счетчики на газ и воду; как унитаз, газовая плита, ванна, сарай в подвале или на улице) — требуется письменное предписание уполномоченного законом органа: пожарников, санэпидстанции, милиции, суда… Семье Андреевых такого предписания никто не давал.

Возмущенный, я отправился в школу: они-то должны следить за тем, в каких условиях живут ученики. Директор заявила, что у нее 2000 учеников и о данном случае она впервые от меня слышит. А вот классный руководитель не только слышал, но и был у своего ученика в его отключенном от электричества жилище. Только вот после этого визита ничего не изменилось. Не было гневных писем о нарушении ЖЭУ и ЖРЭТ прав ребенка, не было обращений в отдел образования и администрацию Октябрьского района о ненормальных условиях бытия малолетнего ученика. И, судя по ответу директора, классный руководитель даже не посчитал происходящее чем-то вопиющим.

Впрочем, жилищное бытие 11-летнего Максима теперь будет предметом рассмотрения суда Октябрьского района г.Витебска.

Автор: Валерий Щукин, «Народная воля»